Мы привыкли думать, что вопросами плотской любви всерьез интересовались только индийцы да китайцы. » Камасутра» и » Дао любви» на слуху у всех, хотя, признаться честно, мало кто вдумчиво изучал эти трактаты. Но, оказывается, и у славян было свое учение о любовных отношениях. Парадоксально, но только в начале двадцать первого века им заинтересовались ученые.
Секс — контакт неодушевленных тел
— Согласитесь, было бы странно, если бы такой великий народ, как славяне, не имел своей системы взглядов на сексуальную жизнь, — рассказывает Неонилла Самухина, генеральный директор петербургского Института соитологии, автор исследования » Славянское соитие», которое вскоре выйдет в свет. — И она, разумеется, была. Но как любое жреческое, сакральное знание из поколения в поколение оно передавалось тайно. Это характерно не только для славян, во всех культурах глубокие знания о человеческой сексуальности были доступны только избранным. Ведь это дает возможность управлять людьми и их эмоциями.
Почему славянская система знаний, в отличие от индийской или китайской, практически неизвестна в наши дни? Все очень просто — Индию и Китай практически не затронуло насильственное насаждение христианства. На Руси же после крещения плотская любовь из действа сакрального и священного быстро превратилась в греховное. Старицы-Рады, как и знахарки, и ведуньи, стали называться ведьмами и колдуньями. А как расправлялись с ведьмами, рассказывать, думаю, не надо. Дело довершили катаклизмы двадцатого века. В результате носителей сакрального знания остались единицы.
— Мне по-настоящему повезло, — продолжает Неонилла Анатольевна. — В моем роду остались старицы-Рады, чудом уцелевшие в огне революций и войн. Именно их рассказы и легли в основу моего исследования » Славянское соитие».
Само старое славянское слово » соитие» (свод знаний, который назывался — Радение) мне нравится гораздо больше, чем современное » секс». На мой взгляд, секс — контакт неодушевленных тел, а соитие — единение душ через единение тел. Это комплекс телесной, духовной и душевной близости, к которому и стоит стремиться в отношениях между мужчиной и женщиной.
Аки трава на дне реки…
По мнению Неониллы Самухиной, славянское соитие в каком-то смысле уникально. Ведь если в современной западной цивилизации регламентация сексуальной жизни предполагает только отношение тела к телу, то у славян в соитии участвовали не только мужчина и женщина, но и сама природа, все мироздание. Наши предки ощущали себя частицей его. Поэтому техника сексуального контакта основывалась не на том, в каком положении тела супругов оказывались по отношению другу к другу, а на том, какая стихия участвовала в слиянии. Даже названия позиций говорят сами за себя. Например, Ярилы — жаркое бурное соитие при свете солнца или огня. Солнце или огонь в этой позиции светят в лицо женщине, в этом свете фигура ее возлюбленного как бы растворяется в ярких лучах, и ей кажется, что само солнце или огонь овладевают ею.
Плесы — так называлось соитие в воде. Кряжи — слияние среди деревьев. Мужчина либо опирался спиной о ствол, либо… Одним словом, вариантов множество.
Луговины — соитие, в котором участвуют сама мать-земля, травы и цветы. Мужчина овладевает не только женщиной, но и самой землею. Это одно из немногих соитий, воспоминания о котором сохранилось в памяти славян. Хотя рассказы о нем можно найти в основном в специальной этнографической литературе в описаниях обряда » оплодотворения земли». Когда хлеборобы перед засеванием земли сначала окропляли ее своим семенем, выходя на поле в одних длинных рубахах-срачицах. Считалось, что » оплодотворенная» таким образом земля будет обильнее плодоносить.
Но все это возможно было лишь в теплое время года, когда наступали холода — переходили к домовинным положениям: в доме, сарае, в бане, на сеновале. Здесь приходилось сдерживать свой пыл — ведь в доме жили несколькими поколениями: дедушки, бабушки, дети, сестры и братья. Так что движения супругов при таком соитии должны были быть чрезвычайно тихими, почти незаметными, » аки трава на дне реки, колыхаема под напругой поддонных струй».
Очищающий огонь
Бытует мнение, что открытие того, что женщина способна испытывать наслаждение от интимной близости, было совершено в двадцатом веке. А до этого женщина была лишь средством доставить удовольствие мужчине. Чего стоит только знаменитое выражение » Леди не двигается». Это, увы, порождение христианской эпохи, считающей плотскую любовь лишь неизбежным злом, необходимым для деторождения. В большинстве же языческих культур, в том числе и у славян, женский оргазм был обязательной составляющей соития.
Наши славянские предки называли его огнивА. Очищающий огонь. И в интересах мужчины было позаботиться в том, чтобы супруга достигла его. Считалось, что с семенем он передает ей все, что у него есть, — и хорошее, и плохое. А в огнивЕ женщина сжигает злую долю мужчины. И если она остается неудовлетворенной, не испытает оргазма-огнивы, то зло, что ей передалось во время соития, начинает ее разъедать — стан искривляется, волосы выпадают, характер становится сварливым.
Такое отношение к соитию порождало и соответствующее отношение к женщине. Конечно, вряд ли женщина была равноправна с мужчиной в юридическом плане, но в общей картине мироздания она занимала чрезвычайно важное место. Мужчина понимал, что именно его женщина помогает ему выживать, помогает ему быть включенным в мир, ибо, как считали все древние народы, мужчина становится мужчиной только через познание женщины.
» Камасутра» не для нас
Возможно, кому-то покажется, что изучение национальных особенностей соития — тема надуманная. Ну какие здесь могут быть особенности? » Секс, он и в Африке секс» — так думают многие. Однако это совсем не так. К примеру, в христианской культуре миссионерская поза является единственно разрешенной, поскольку считается самой целомудренной — супруги в этой позе не видят » срамных» частей тела друг друга, только лица. Но в то же время в некоторых странах Африки она считается крайне непристойной. Дескать, не только кощунственно показывать богу голый зад, но и опасно поворачиваться к враждебному миру незащищенной спиной. Видимо, поэтому на Востоке вообще одной из целесообразных считается поза » женщина сверху». А вот иудеи объясняют свое пристрастие к традиционной позе очень красиво — в таком положении каждый смотрит на источник своего происхождения: мужчина на женщину, а женщина на бога.
Разница существует не только в традициях, но и, как это ни парадоксально, — в физиологии. На взгляд европейца, » Камасутра», например, — не более чем экзотика. Многие ли » белые мистеры и миссис» способны выполнить такие акробатические трюки, не рискуя вывихнуть конечности или заполучить растяжение связок? И пытаться не стоит, потому как этот трактат рассчитан на людей другой культуры, с другими физическими возможностями. Попробуйте просидеть на корточках или в позе лотоса хотя бы минут пятнадцать. А ведь индийцы и другие южные народы сидят так часами, не испытывая ни малейших неудобств.
А все дело в том, что у них развиты другие группы мышц, нежели у европейцев. Кроме того, Восток тяготеет не только к фрикционным техникам, что присуще европейцам, но и к техникам, связанным с движением интимных мышц. Недаром рабыни, умевшие доводить своего господина до экстаза одними сокращениями своего лона, ценились на вес золота. Так что стоит смириться с тем, что » Камасутра» останется для нас лишь экзотикой, не нужно лезть в чужую постель со своим уставом.